Принято считать, что чем судья квалифицированней, тем меньше он заметен на площадке. Другими словами, качественный арбитраж принимается как должное. Стоит же совершить ошибку, да еще повлиявшую на исход матча, тогда, как говорится, пощады не жди. Ведь легче легкого свои — тренеров, игроков — недоработки переложить на человека в полосатом свитере. Тем более, если есть повод.

Судья — всегда на чужом поле. Слышал ли кто-нибудь одобрительные аплодисменты в его адрес? А ведь, в сущности, он такой же участник спортивного состязания, как и игроки. Причем его нервная нагрузка, пожалуй, наивысшая. Хоккеист может расслабиться на скамье запасных, но от арбитра максимум внимания требуется постоянно. Не каждый способен на это. Приплюсуйте сюда массу проблем вне площадки, с которыми арбитр вынужден часто бороться в одиночку. В общем, тяжкая доля…

Размышлениями на многие темы делится судья всесоюзной и международной категорий Николай МОРОЗОВ.

- Судья должен быть беспристрастным. Любой сезон является сложным не только для игроков, но и для арбитров. Как известно, очень много было внесено изменений в правила. Пришлось перестраиваться, в том числе и тренерам, и хоккеистам. Словом, определенное время ушло на привыкание к новым правилам. Главное же было добиться правильной, однозначной трактовки всеми судьями ситуаций на поле. Если вспомнить неоспоримое «сколько людей — столько мнений», то ясно, задача — очень трудная. Кстати, именно отсюда часто проистекает недовольство тренеров, игроков. Бывает, упрекают, дескать, за одно и то же нарушение наш судья удаляет, а зарубежный — нет. Однако проблема проблем — разная трактовка одинаковых нарушений в ходе одного матча. Причина здесь не в низкой квалификации, а тем более в некой симпатии, просто судья недостаточно психологически устойчив, поддается воздействию авторитетов, звезд. Последствия такого арбитража известны: игра становится неуправляемой.

Оправдало ли себя расширение круга главных арбитров? Насколько я знаю, раньше обслуживали высшую лигу 12-15 человек, а в этом сезоне их стало 20. Считаю, нет. Имелись в виду благие цели: попробовать на высшем уровне новых, молодых судей, как говорится, пустить свежую кровь. Но сделано это было, на мой взгляд, чисто механически. Прежде арбитр должен зарекомендовать себя, гарантированно отвечать за качество, определенный уровень. Высшая лига не полигон.
В результате и опытные судьи попали в трудное положение. Интервал между матчами доходил до 15-17 дней, что, понятно, выбивало из ритма. Недостаток практики пришлось восполнять обслуживанием первой лиги, игр молодежных команд, то есть опускаться на ступеньку.
И еще один отрицательный момент. После первого этапа количество главных арбитров уменьшили до пятнадцати. Пятерых перевели на первую лигу и переходный турнир. Можете представить их моральное состояние, да и вообще, это неприятная процедура, похожая на сокращение людей на производстве.

Как складывались мои отношения с тренерами команд (в интервью еженедельнику «Хоккей» наставник «Крыльев Советов» Игорь Дмитриев посетовал на высокомерие иных арбитров, которые не принимали абсолютно никакой, даже доброжелательной, критики)? Согласен с Дмитриевым — между судьями и тренерами должен быть хороший контакт. Замечу, однако, и тренеры разные бывают: в таком тоне порой что-нибудь «спросят»…
С моей точки зрения, арбитр никак не роняет свой авторитет, если признает указанную тренером ошибку. Главное, чтобы в дальнейшем не повторять ее. В конце концов, мы заняты одним делом, и в общих интересах, чтобы хоккей был зрелищен.

Могу отметить, с московским «Динамо», «Крыльями Советов», киевским «Соколом» сложились хорошие, уважительные взаимоотношения. Эти клубы предоставляют видеозаписи своих игр не для того, чтобы выискать огрехи арбитров, а для консультаций, совместного разбора спорных моментов. Такой подход выгоден обеим сторонам: тренеры, игроки получают квалифицированные разъяснения, для судей же — это дополнительный самоанализ, в каком-то смысле — учеба.
ЦСКА впервые за многие годы не попал в тройку призеров первенства СССР. Конечно, для 32-кратного чемпиона — это большая неудача. Однако руководство клуба не стало искать виновников на стороне, среди судей. Разумеется, были претензии по ходу игр, но после матчей протестов не поступало.

Да, поведение хоккеистов на площадке во многом определяет личность тренера. Однако не будем приуменьшать и роль рефери. Одно его действительно неверное решение способно взорвать игру. В то же время спокойное, с улыбкой судейство, моментальное пресечение грубости, неформальный контакт с игроками создают на поле, что называется, рабочую обстановку.

По правилам в ходе игры судья может разговаривать лишь с капитанами и их помощниками. Многие считают, с другими хоккеистами контактировать не надо. Практика показала — когда идет жесткая борьба, часто возникают конфликты, словом, обстановка нервозная, нужно следовать правилам. Если же игра протекает нормально и хоккеист обращается с тем или иным вопросом, то почему бы не ответить, разъяснить свои действия. Конечно, делать это надо быстро, не устраивать митингов, задерживая тем самым игру.
Чтобы матч проходил спокойно, спортсмен должен доверять арбитру. Это достигается квалифицированным судейством, четкими жестами, умением видеть скрытые нарушения. Ведь часто конфликты именно с них начинаются. Судья не замечает первое нарушение, но удаляет за ответное — «месть» обидчику. Профессионализм, уровень арбитра тем и определяется, что он должен заранее знать, кто- а такие есть в каждой команде — способен сфолить исподтишка, когда судья не видит. Такие хоккеисты требуют особенного внимания.

С введением новых правил резко возросло количество удалений до конца встречи. Можно, понять игрока, который идет на нарушение, чтобы предотвратить взятие ворот. Но как объяснить грубость в средней части поля, в зоне противника? Только несдержанностью, неуважением партнеров, тренеров, соперников — в конце концов, самого себя. Иногда обстановку накаляло картинное «удивление»: почему, дескать, удаляют до конца игры? Хотя прекрасно знали, что с этого сезона за нарушения, каравшиеся пятиминутными штрафами, назначаются вдобавок и дисциплинарные — до конца матча. ИИХФ повело борьбу с грубостью, жестокостью на поле с помощью усиления наказаний.

Но ведь у судей масса проблем и вне хоккейной площадки, тем более в наше нестабильное время. Для игроков узаконили профессиональный статус, созданы хозрасчетные клубы. Судьи же у нас по-прежнему общественники. А требования к тем и другим — одинаковые.

Проблем, вы правы, множество, причем они обостряются. Предприятия, организации ныне считают каждую копейку, поэтому судьям все труднее получать освобождения от работы для обслуживания игр. К тому же не так-то легко добраться до места проведения соревнования: авиа-, железнодорожные билеты — дефицит. Еще тяжелее вернуться -хорошо, администраторы местных команд помогают.

Или наша экипировка. Что бы там ни говорили, а игроки одеты как следует. Судьям же всю форму вплоть до свистка приходится приобретать на свои кровные. Так хотя бы что-нибудь в магазинах было. Вот и вынуждены выбирать: либо выходить на глаза тысяч зрителей на стадионе и миллионов у телеэкрана в старых латаных коньках, либо готовить астрономическую сумму для коммерческого магазина. Возникает вопрос: как игрок может уважать судью, который, скажем так, неопрятно одет.

И еще одна проблема, о которой как-то не принято рассуждать. Почему мало молодых арбитров? А все очень просто: не до серьезных занятий судейством молодому человеку, ему нужно сначала свою жизнь обустроить, профессию получить. Да и если доверят ему, скажем, матч высшей лиги, очень нелегко будет прежде всего в психологическом плане. Ведь он должен управлять одногодками, которые, по сравнению с ним, на порядок лучше обеспечены, которые не сегодня — завтра заключат многотысячные контракты с клубами НХЛ или Европы. А кто он? В итоге судейский корпус пополняется в основном бывшими хоккеистами, людьми в возрасте.

Как бы то ни было, а судейство в этом сезоне, по общему мнению, — достаточно удовлетворительное. Кстати, в публикациях о футболе часто приходится читать о коррупции среди судей, тех или иных подношениях перед матчами от местных воротил. А как в хоккее? Предвосхищая ваш ответ, замечу, на мой взгляд, все-таки откровенно «сплавленные» хоккейные матчи трудно припомнить. Хотя и бывало, когда арбитр «предпочитал» свистеть в одну сторону.

Об отношениях с несколькими клубами я уже говорил. Что касается остальных, отмечу, в любом случае какого-то давления, нажима лично я, например, не испытывал. По-моему, то же самое можно сказать и о других судьях.
Особенность прошедшего чемпионата — по сути, не было проходных игр. На первом этапе шла борьба за выход в десятку, на втором — за медали. Все, в том числе судьи, привыкли: есть лидеры и аутсайдеры. В этом же сезоне любая команда могла проиграть любой. Ясно, когда силы равны, когда каждое очко «призовое», резко возрастает ответственность судьи, цена ошибки. Ведь одним неверным решением можно перечеркнуть работу игроков и тренеров в течение всего сезона. И надо сказать, судьи, испытывая большие психологические. физические нагрузки, в основном достойно справились со своей миссией. Об этом свидетельствуют отчеты инспекторов и просмотровых бригад, благожелательные оценки тренеров. игроков, зрителей.

По-моему, в последнее время советские арбитры неплохо проявляют себя и в международных соревнованиях. Во всяком случае, нареканий не поступало. Между тем, за рубеж наши арбитры — главные и лайнсмены — сейчас выезжают намного чаще. Обслуживают турниры, проводимые ИИХФ, серии с клубами НХЛ, турне олимпийской сборной и др. И вот что обидно. Нередки случаи, когда специалисты, инспектора оценивают действия советского арбитра хорошо, а наши телевидение и пресса убеждают болельщика в прямо противоположном…

Еженедельник «Хоккей», №6